Ì

Войдите на сайт


Забыли пароль?

Зарегистрируйтесь, чтобы воспользоваться всеми возможностями сайта
Войти
журнал
МЕД-инфо
справочник
лекарств и учреждений
консультации
задайте вопрос врачу
мобильные
приложения

ВИДЕО
Рубрики Темы

Актуальные новости

05 октября в 09:00
Съезд «Статистика здравоохранения нового времени»: новые вызовы – новые решения

07 сентября в 21:45
Выявить риски поможет онкокалькулятор

14:51
В ФЦМН ФМБА пациенту удалили обширную редкую опухоль

21 августа в 13:51
Правительственная делегация посетила онкодиспансер в Магадане

21 августа в 12:58
Экзоскелет получил сертификат качества ЕС



Медицина и общество Интервью с экспертом
02 октября 2014, 14:40 X 5943 K 1

Андрей Жолинский: «Наша профессия построена на человеческом факторе»

Важность окружных диагностических центров в том, что пациенты могут получить высококвалифицированную медицинскую помощь по месту жительства. Это быстро, удобно и эффективно. Главный врач Диагностиче­ского цен­тра № 3 Андрей Владимирович Жолинский рас­ска­зы­вает МЕД-инфо о работе, пер­спек­ти­вах развития учреждения и жизненных приоритетах.

— Расскажите, как вы при­шли в медицину?
— Я родился в семье кад­ро­вого воен­ного, мама — меди­цин­ский работ­ник. И, чтобы сов­ме­стить две эти про­фес­сии, после окон­ча­ния Московского меди­цин­ского учи­лища поехал посту­пать в Санкт-Петербург в Военно-меди­цин­скую ака­де­мию им. С. М. Кирова, в луч­ший на тот момент меди­цин­ский ВУЗ страны. С дет­ства меч­тал стать воен­ным хирур­гом. И в 2003 году моя мечта осу­ще­стви­лась: меня как выпуск­ника Военно-меди­цин­ской ака­де­мии с дипло­мом врача-хирурга напра­вили для даль­ней­шего про­хож­де­ния службы в Таманскую дивизию.

— Что вам уда­лось из воен­ной меди­цины при­вне­сти в свою нынеш­нюю дея­тельность?
— Оперативность при­ня­тия реше­ний и уве­рен­ность в них.

— Что вспо­ми­на­ется из того времени?
— Самое яркое, навер­ное, это зна­ком­ство с женой... (Улы­ба­ется.) и вру­че­ние диплома, когда я понял, что я — один из выпуск­ни­ков ака­де­мии, закон­чив­ших ее с отли­чием. Это доро­гого стоит. Мне дей­стви­тельно нра­ви­лось учиться. Начиная со вто­рого курса, я ходил в хирур­ги­че­ские кружки. Из воен­ной службы вспо­ми­на­ется горе Беслана, когда к нам достав­ляли ране­ных и пора­жен­ных, опе­ри­ро­вали ночами... Именно в экс­трен­ных, кри­зис­ных ситу­а­циях про­яв­ля­ется харак­тер чело­века. Но об этом не хочется вспо­минать.

Я бла­го­да­рен судьбе, за то, что она дала мне шанс дол­гое время быть опе­ри­ру­ю­щим вра­чом, и когда мы откроем в Диагностиче­ском цен­тре №3 отде­ле­ние амбу­ла­тор­ной хирур­гии, там можно будет при­ме­нять полу­чен­ные ранее навыки.

«Именно в экс­трен­ных, кри­зис­ных ситу­а­циях про­яв­ля­ется харак­тер чело­века»

— Есть необ­хо­ди­мость в таком отделении?
— Конечно! Ведь боль­шое коли­че­ство заболе­ва­ний, осо­бенно хирур­ги­че­ских, можно лечить на амбу­ла­тор­ном этапе, а не в ста­ци­о­наре. Накоплен успеш­ный опыт амбу­ла­тор­ных опе­ра­ций при гры­жах перед­ней брюш­ной стенки, доб­ро­ка­че­ствен­ных ново­об­ра­зо­ва­ний кожи, жел­че­ка­мен­ной и вари­коз­ной болез­нях, после кото­рых паци­ент вече­ром уже нахо­дится дома.

— На ваш взгляд, лапа­ро­ско­пия впе­реди пла­неты всей?
— Лапароскопи­че­ски не все можно выпол­нить. В части опе­ра­ций, осо­бенно пла­но­вых, это, конечно, неза­ме­ни­мый метод. Раньше уда­ле­ние желч­ного пузыря при жел­че­ка­мен­ной болезни было доста­точно трав­ма­тич­ной опе­ра­цией: раз­рез состав­лял не менее 15 см, зажи­вал тяжело. А лапа­ро­ско­пи­че­ская — 4 порта уста­но­вил, раз­резы от 1 до 2 см. Если раньше паци­енту тре­бо­ва­лось 10–15 дней для вос­ста­нов­ле­ния, то тут — 2–3 дня. Или, напри­мер, аппен­д­эк­то­мия — раз­рез, раз­ру­ше­ние мышеч­ной стенки, пока отро­сток най­дешь, пока он выва­лится, пока пере­вя­жешь. Это доста­точно тру­до­ем­кая для хирурга опе­ра­ция. А при лапа­ро­ско­пии трав­ма­ти­за­ция мини­мальна: лапа­ро­скоп ввел, отро­сток визу­а­ли­зи­ро­вал, бры­жейку ско­а­гу­ли­ро­вал, петлю нало­жил, убрал. Однажды моя паци­ентка ска­зала: «В мире есть два потря­са­ю­щих изоб­ре­те­ния — сти­раль­ная машина и лапа­ро­ско­пия!». Для жен­щины самое глав­ное, чтобы швы были мак­си­мально неза­мет­ными: «Сделайте, — гово­рят, — чтобы было ниже купальника».

— Вы при­шли в центр в фев­рале 2013 года. За это время мно­гое уда­лось сделать?
— Об этом лучше спро­сить у паци­ен­тов и сотруд­ни­ков. За пол­тора года сде­лано немало. Каждая про­фес­сия, осо­бенно наша, где есть паци­ент и врач, и вообще вся система ока­за­ния меди­цин­ской помощи постро­ена на чело­ве­че­ском фак­торе. Аппарат УЗИ, КТ может сто­ить сколько угодно мил­ли­о­нов, но в пло­хих руках он абсо­лютно бес­полезен.

— Вы тру­доголик?
— Жена гово­рит, что да. (Смеется.) Она, кстати, тоже врач.

— Расскажите о цен­тре. Чем вы гор­дитесь?
— Горжусь людьми. Я счи­таю, что на сего­дняш­ний день в нашем цен­тре сло­жи­лась очень хоро­шая команда сотруд­ни­ков, в кото­рой собраны люди с оди­на­ко­вой идео­ло­гией. Некоторыми спе­ци­а­ли­стами очень дорожу. В плане диа­гно­стики наша жем­чу­жина — это окруж­ная цен­тра­ли­зо­ван­ная мик­ро­био­ло­ги­че­ская лабо­ра­то­рия и цен­тра­ли­зо­ван­ная кли­нико-диа­гно­сти­че­ская лабо­ра­то­рия. В день спе­ци­а­ли­сты лабо­ра­то­рий про­во­дят порядка 30 тыс. иссле­дований.

Сейчас все любят гово­рить про КТ и МРТ. У меня есть сотруд­ник в отде­ле­нии уль­тра­зву­ко­вой диа­гно­стики. В ее руках, с ее гла­зами и зна­ни­ями аппа­рат УЗИ ничем не хуже аппа­рата КТ. Было бы здо­рово, если бы каж­дый был таким спе­ци­а­листом.

— Что зна­чит для вас команда?
— Мой учи­тель одна­жды мне пре­по­дал урок. Он дове­рил мне опе­ри­ро­вать, сам был асси­стен­том. После опе­ра­ции я вышел к род­ствен­ни­кам паци­ента и ска­зал, что я опе­ри­ро­вал ... В орди­на­тор­ской учи­тель мне гово­рит: «Ты про­опе­ри­ро­вал? Хорошо, тогда в сле­ду­ю­щий раз меня не будет, ане­сте­зио­лога не будет, сестры-ане­сте­зистки и опе­ра­ци­он­ной сестры не будет — будешь сто­ять один опе­ри­ровать».

«Аппарат УЗИ, КТ может сто­ить сколько угодно мил­ли­о­нов, но в пло­хих руках он абсо­лютно бес­полезен»

— В вашем цен­тре команда уже сло­жи­лась или есть пробелы?
— Если воз­никло ощу­ще­ние, что все хорошо, тогда надо ухо­дить. Всегда есть про­блемы, с кото­рыми необ­хо­димо справ­ляться. Сейчас у нас подо­бра­лась моло­дая, бое­спо­соб­ная команда, с кото­рой можно решать прак­ти­че­ски любые задачи.

— Что уже сде­лано в Диагностиче­ском центе № 3 и что в планах?
— Давно внед­рили ЕМИАС (Единую меди­цин­скую инфор­ма­ци­онно-ана­ли­ти­че­скую систему). Она нас очень выру­чает, раз­гру­жая врача. Материально-тех­ни­че­ская база на достой­ном совре­мен­ном уровне. В пла­нах выпол­нить ремонт, чтобы зда­ние, осо­бенно внутри, обрело совре­мен­ный вид.

— В вашем цен­тре про­во­дятся раз­лич­ного рода акции, напри­мер День пожи­лого чело­века. Они эффективны?
— Да, они очень нужны. У пожи­лых людей сло­жи­лось такое мне­ние, что если они при­дут в поли­кли­нику, то столк­нутся с мас­сой труд­но­стей. Поверьте, на сего­дняш­ний день ника­ких труд­но­стей нет. Но пожи­лым, напри­мер, до сих пор сложно при­вык­нуть к авто­ма­ти­зи­ро­ван­ной системе записи. Но у нас есть пер­со­нал, кото­рый все­гда помо­жет. У всех пожи­лых людей есть дис­пан­сер­ные дни. Прежде чем про­ве­сти «День пожи­лого чело­века», мы обзво­нили вете­ра­нов, лиц старше 70 лет и при­гла­сили их. Мы посчи­тали, что в суб­боту можем адек­ватно посмот­реть (больше 10 минут с боль­шим набо­ром спе­ци­а­ли­стов, с выпол­не­нием иссле­до­ва­ний как лабо­ра­тор­ных, так и диа­гно­сти­че­ских) при­мерно 30 чело­век. Мы инфор­ми­ро­вали об этом Управу. Приехал авто­бус с пожи­лыми людьми. Они были так рады, когда бес­пре­пят­ственно побы­вали у каж­дого врача. Для них же важно не столько уйти с рецеп­тами, сколько пого­во­рить. Им ста­но­вится намного легче.

Все дела­лось доста­точно опе­ра­тивно: посмот­рел паци­ента тера­певт, выявил, что нару­ше­ния, напри­мер, больше нев­ро­ло­ги­че­ского про­филя, отпра­вил к нев­ро­логу. Невролог смот­рит и видит, что нужно сде­лать допол­ни­тель­ные иссле­до­ва­ния, и в этот же день паци­енту делают МРТ. Представля­ете, он при­е­хал в 9 утра, а в 11 у него уже есть резуль­таты МРТ. А почему-то сло­жи­лось мне­ние, что нужно ждать месяц–два. У нас оче­редь на такие энер­го­ре­сурс­ные иссле­до­ва­ния, как МРТ, КТ состав­ляет 3–7 дней.

 «Счи­таю, что на сего­дняш­ний день в нашем цен­тре сло­жи­лась очень хоро­шая команда сотруд­ни­ков, в кото­рой собраны люди с оди­на­ко­вой идео­ло­гией»

— Это жители Москвы, верно?
— Это при­креп­лен­ное насе­ле­ние. Плюс, учи­ты­вая, что мы одни из пер­вых в округе, кому уда­лось запу­стить и вве­сти в экс­плу­а­та­цию и КТ и МРТ, к нам направ­ляют паци­ен­тов дру­гие лечеб­ные учре­жде­ния округа. Для них у нас тоже есть лист ожи­да­ния, он тоже неболь­шой. Хотя по при­казу жите­лям Москвы, застра­хо­ван­ным по системе ОМС, сроки ожи­да­ния в ока­за­нии высо­ко­тех­но­ло­гич­ной диа­гно­сти­че­ской помощи, такой как КТ и МРТ, должны состав­лять не более 21 дня. У нас сроки в несколько раз меньше.

— Как вы счи­та­ете, моло­дой спе­ци­а­лист, выпуск­ник мед­вуза чаще идет в государ­ствен­ное здра­во­охра­не­ние или частное?
— В вашем вопросе два слова: «моло­дой» и «спе­ци­а­лист». Специалист на бумаге — да, но врач без опыта — пока не спе­ци­а­лист. Я сто­рон­ник того, чтобы все­гда давать шанс моло­дым людям: им же надо с чего-то начи­нать. Но при этом на одного моло­дого врача должно при­хо­диться как мини­мум 3 опыт­ных спе­ци­а­ли­ста, кото­рые могут под­ска­зать и помочь.

Придя в кли­нику, моло­дой тера­певт рабо­тает участ­ко­вым вра­чом и стал­ки­ва­ется с самой тяже­лой на сего­дняш­ний день про­фес­сией. Зачастую он бывает не готов к этому и воз­ни­кают мысли, что лучше пойти рабо­тать в ком­мер­цию. Медицина тре­бует много уси­лий, и моло­дым кол­ле­гам необ­хо­димо это понимать.

— Что нужно врачу, чтобы стать про­фес­сио­на­лом в своей области?
— Я пре­по­да­вал на кафедре хирур­гии, и в первую оче­редь обидно, что с появ­ле­нием интернет-тех­но­ло­гий из рук сту­ден­тов про­пал учеб­ник. Раньше у нас не было Интернета, и мы шли в биб­лио­теку. Я помню свою биб­лио­теч­ную книжку, я менял ее раз в 2 года, а у неко­то­рых она была до конца года одна. Чтобы стать хоро­шим вра­чом, нужно учиться, знать, что есть азы здра­во­охра­не­ния. Многие оши­бочно думают, что в меди­цине много спе­ци­аль­но­стей, и если буду плохо учиться, то можно не лечить людей, а стать орга­ни­за­то­ром. Но чтобы им стать, надо пройти нема­лый путь. У меня пер­вая запись в тру­до­вой книжке — сани­тар, под­ра­ба­ты­вал на ско­рой помощи. Это мне помо­гает сего­дня... Трудиться надо. Читать много, потому что меди­цина не та спе­ци­аль­ность, где можно полу­чить базо­вое обра­зо­ва­ние и на том успо­коиться.

— Каким вы видите себя через неко­то­рое время?
— (Задумывается.) Недавно в Московском город­ском уни­вер­си­тете управ­ле­ния Правительства Москвы про­во­ди­лось тести­ро­ва­ние. Там был такой же вопрос. Вижу — рабо­та­ю­щим с хоро­шей, силь­ной командой.

Фото: Оксана Плисенкова/МЕД-инфо


Читайте также в рубрике «Интервью с экспертом»

 

Чтобы оставить комментарий, необходимо авторизоваться


Войдите на сайт


Забыли пароль?

Зарегистрируйтесь, чтобы воспользоваться всеми возможностями сайта
. Простозвезда 03 октября в 18:31  

Успехов эксперту!! Он такой милый_)