Ì

Войдите на сайт


Забыли пароль?

Зарегистрируйтесь, чтобы воспользоваться всеми возможностями сайта
Войти
журнал
МЕД-инфо
справочник
лекарств и учреждений
консультации
задайте вопрос врачу
мобильные
приложения

ВИДЕО
Рубрики Темы

Актуальные новости

08 апреля в 09:07
Выявлены привычки россиян после пандемии

06 апреля в 09:30
Выход россиян с удаленки изменил их потребительские вкусы

04 апреля в 08:45
Эксперты обсудили возможности производства шести значимых препаратов

01 апреля в 20:17
Гедеон Рихтер и Митра получили положительное заключение CHMP по оральному контрацептиву

18:50
В столице продолжается социальный проект донорства крови



Медицина и общество Статьи
29 декабря 2020, 18:41 X 3984 K 0

О квантовой медицине гипермалых доз

Один из основателей современной науки, швейцарский врач Филипп Ауреол Теофраст Бомбаст фон Гогенгейм, более известный под псевдонимом Парацельс, в XVI веке впервые стал применять химические вещества для лечения самых разнообразных болезней. Об этом рассказывают Владимир Прохватилов, старший научный сотрудник Академии военных наук, и Алексей Сафин, научный сотрудник лаборатории биотехнологий Александра Плешкова.

Парацельсу принадлежит первенство и в применении в медицине сверхмалых доз химических веществ. «Все есть лекарство и все есть яд, дело только в дозе», - говорил Парацельс. Много сотен лет эта загадочная максима оставалась неразгаданной. Но в последние десятилетия появились работы в области биохимии, которые проливают свет на загадку Парацельса.

Современная наука вполне способна объяснить сам феномен эффективности сверхмалых доз химических веществ и излучений для лечения болезней. 

Присутствие действия при отсутствии действующего вещества

В последние десятилетия комплексные исследования действий сверхмалых доз (СМД) химических и физических факторов на живые системы проводились под руководством заместителя директора, заведующей лабораторией Института биохимической физики им. Н. М. Эмануэля (ИБХФ РАН) Елены Бурлаковой. Эти исследования привели к открытиям фундаментального характера. Как было показано, наиболее общие закономерности влияния СМД препаратов и факторов наиболее ярко проявляются при изучении эффектов изменения СМД.

В некоторых случаях эта зависимость бимодальная и даже полимодальная: эффект проявляется при сверхмалых дозах препаратов, затем, по мере увеличения дозы, уменьшается, сменяется «мертвой зоной» и вновь усиливается. В ряде случаев изменение дозы вызывает «перемену знака» эффекта. То есть ингибирующий эффект по мере роста концентрации сменяется на стимулирующий, а затем вновь проявлялся ингибирующий эффект.

Е. Бурлакова отмечает сложность научного обоснования действия СМД: «На наш взгляд, основную трудность в построении этих гипотез представляет объяснение первичного акта взаимодействия единичных молекул с биомишенями. В наших исследованиях мы обнаружили, что всякий раз при введении сверхмалых доз биологически активного вещества в организм животного, клеточную культуру или модельную систему, содержащую суспензию мембран, отмечается изменение структурных характеристик мембран. В свою очередь изменения структуры мембран могут приводить к изменению функционального состояния клетки, а наличие полимодальности в ответе можно объяснить сменой механизма действия вещества в том или ином концентрационном интервале на структуру мембраны. Но как объяснить первичный акт взаимодействия биологически активного вещества в СМД с белком или липидом мембраны, если отношение числа молекул этого вещества к числу молекул белка равно 1: (106-109)?» (2). 

Иными словами, авторы упомянутых исследований не могут объяснить саму возможность взаимодействия столь малого количества молекул СМД препарата с живыми системами. Ведь с их точки зрения при концентрации 10-15 М и ниже перестает работать закон действующих масс Вант-Гоффа и в определенной степени теряется смысл понятия «концентрация» (2).

Если в растворах не остается ни одной молекулы вещества, из которого изготовлено лекарство, то что могут передавать эти растворы друг другу на каждом последующем этапе потенцирования (разведения)? На этот вопрос коллектив ученых ИБХФ РАН ответа не нашел. Это и есть кризис оснований современной науки. Опираясь на господствующие в официальной научной среде постулаты эффекты СМД объяснены быть не могут. Попытки объяснить эффект СМД так называемой «памятью воды» не могут быть признаны удовлетворительными.

Волны и кванты

Нам представляется, что факт эффективности СМД при исчезающе малой вероятности нахождения в растворе даже одной молекулы препарата говорит о том, что СМД факторы влияют на живые системы не как действующие вещества, а как сигналы, о чем мы уже писали (3).

Как известно, биохимические процессы могут быть вызваны не только действием одних молекул на другие. Российский исследователь Г. Юсупов пишет: «Для возникновения взаимодействий необходимым условием является достаточно близкое расположение заряженных (активных) участков молекул. Стереохимические особенности молекул обеспечивает избирательность при их взаимодействии, но само взаимодействие может быть Кулоновским, Вандер-Ваальсовским или обусловлено электромагнитным полем. Все эти взаимодействия имеют свойства волн, так как и потенциалы зарядов, и поля обусловлены заряженными частицами, находящимися в постоянном движении.

Волны имеют как энергетические (амплитудные), так и информационные (частотные) характеристики. Характер взаимодействия волн и частиц может быть обусловлен только параметрами энергии (энергетическим) или действием одновременно и энергии, и совпадения частотных (информационных) характеристик, иначе говоря, результат будет обусловлен энергоинформационным действием в результате резонанса на уровне внутримолекулярных связей или Молекулярного электростатического потенциала (МЭСП).

Очень важно иметь в виду принципиальные различия между ними. Для одних процессов важно количество энергии кванта или поля (волны), этот вариант взаимодействия можно условно называть энергетическим. Для других процессов решающее значение имеют волновые свойства поля или кванта (частота и фаза). Этот вариант взаимодействия логично называть энергоинформационным, и специфический результат возможен только при совпадении частоты (информации) взаимодействующих полей или частиц, обладающих волновыми свойствами, благодаря резонансу или интерференции (4). 

Группа российский экспертов во главе с всемирно известным ученым, лауреатом Большой Золотой медали имени Альберта Эйнштейна и международной премии имени Альберта Швейцера Я.З. Месенжником объясняет эффект СМД при многократном повторении потенцирования дуализмом «вещество-поле», в рамках которого происходит переход «с воздействия на физическое тело» на волновое воздействие, «причем, чем выше степень потенцирования, тем выше полевой эффект» (1). 

Это воздействие носит квантовый характер и описывается адаптированной формулой Макса Планка:

E = hv,
где v — частота излучения, а h — элементарный квант действия, представляющий собой универсальную константу, получившую название постоянной Планка. 

Формула Планка может быть адаптирована для случая взаимодействия сигнала/ действующего вещества СМД БАВ на живые системы:

E = 1/M • h • 1/v = h/(M•v),

где Е – это уровень лечебного эффекта, выражающийся в степени улучшения (приближения к норме) как анализов пациента, так и его субъективные ощущения собственного состояния;
v – это ступень (уровень) динамизации - глубина потенцирования или уменьшения концентрации исходного действующего вещества; h – это коэффициент полевого лечебного эффекта одной молекулы действующего вещества; М – количество потенцируемого действующего вещества. 

Последовательный разрыв межмолекулярных и внутримолекулярных связей в процессе приготовления СМД раствора обеспечивает переход энергоинформационных (квантовых) характеристик СМД препарата в водный раствор.

Таким образом, СМД препарат «является лечебным средством, представляющим коллективное состояние энергоинформационных (квантовых) характеристик биомолекул и микроэлементов исходного вещества, которые и образуют квантовые поля в СМД препарате.

Применение СМД препаратов вносит в живую систему энергоинформационные (квантовые) характеристики «биомолекул и микроэлементов, содержащихся в матричной настойке». 

Взаимодействие СМД препарата и живой системы представляет собой резонансное взаимодействие частотных (информационных) характеристик квантовых полей СМД препарата и квантовых полей живой системы.

При низком уровне потенцирования в СМД препарате содержатся биомолекулы и микроэлементы, а также энергоинформационные характеристики квантовых полей, возникающих в результате разрывов межмолекулярных и внутримолекулярных связей.

При высоком уровне потенцирования в СМД препарате остаются только энергоинформационные (квантовые) характеристики. 

Для более глубокого понимания действия СМД препаратов на живые системы необходимы исследования редукции волновой функции СМД препарата в момент попадания в организм человека или иную живую систему, а также в момент измерения достигнутого эффекта. Это непременное условие всех исследований в сфере квантовой механики и квантовой химии и особенности взаимодействия СМД с живыми системами не может быть исключением. 

О квантовом характере эффектов СМД свидетельствует их полимодальный характер с переменой эффекта –со стимулирующего на ингибирующий. Подобно тому, как в модели атома Нильса Бора существуют строго определенные стационарные орбиты (квантовые состояния) электрона, определяемые постоянной Планка, так и в квантовая модель СМД эффектов дает строго определнное число как положительных стимулирующих), так и отрицательных (ингибирующих) пиков (квантовых состояний) с наличием так называемых «мертвых зон», то есть запрещенных квантовых состояний, в которых СМД препарат не производит никакого эффекта. 

Не загадка, а теорема Парацельса! 

Немецкий философ и математик XVII века Готфрид Вильгельм Лейбниц считал возможным создать «исчисление» рассуждений, которое когда-нибудь позволит улаживать все споры с помощью слов: «Давайте вычислим, господа!». К началу нашего столетия прогресс в разработке символической логики дал основание немецкому математику Давиду Гильберту заявить, что все математические вопросы в принципе разрешимы и провозгласить окончательную кодификацию методов математического рассуждения. Однако в 30-е годы XX века «этот оптимизм совершенно развеялся под влиянием удивительных и глубоких открытий К. Гёделя и А. Тьюринга», – как отметил один из основателей метаматематики Грегори Чейтин (8).

Знаменитая теорема Курта Гёделя о неполноте утверждает, что любая формальная система либо противоречива, либо неполна, то есть в ней есть некая невыводимая и неопровержимая формула либо теорема (5). 

Еще более агностицичной, если можно так выразиться, является теорема Тарского о невыразимости, Это своего рода усиленная теорема Гёделя, которая утверждает, что в теории чисел, а следовательно в любой науке, использующей арифметику, не существует универсального критерия истины. Иными словами, арифметическую истину невозможно выразить арифметическими средствами (6). 

Понимание того, что человеческий разум не в силах объяснить все тайны мироздания, существовало еще в древности: «Даже если сущее и постигается, оно неизъяснимо другому. Действительно, если сущее есть то, что предлежит извне, видимо, слышимо и вообще чувственно воспринимаемо, причем видимое из этой области постигается зрением, а слышимое слухом, а не наоборот, то как оно может быть показано другому? Ведь то, чем мы объявляем, есть слово. Слово же не есть ни субстрат, ни сущее. Значит, мы объявляем своим ближним не сущее, но слово, которое от субстрата отлично. Следовательно, как видимое не может стать слышимым, и наоборот, так и наше слово не может возникнуть, если сущее предлежит извне». Sextus Empiricus .Adversus mathematicos (7).

Так может быть, необъяснимая доселе максима Парацельса («Все лекарство и все яд, дело лишь в дозе») является своего рода конформным отображением, как говорят математики, теорем Гёделя и Тарского на континуум метамедицины?!

Чтобы ответить на этот вопрос, нужно заложить хотя бы основы метамедицинской науки. А пока этого не сделано, мы можем лишь сверять наши абстрактные модели с достижениями доказательной медицины (Evidence based medicine) (9) сверхмалых доз, видными представителями которой являются, в частности, отечественные ученые.   

Практика – критерий истины! 

Группа биохимиков из лаборатории действительного члена Европейской Академии естественных наук Александра Плешкова, используя наработки отечественных ученых о квантовом механизме действия сверхнизких концентраций действующих веществ на живые системы, на несколько порядков снизила эти концентрации, что это позволило раскрыть интроны (скрытые участки ДНК), которые при этом распознают и уничтожают вирусы, в том числе и новую коронавирусную инфекцию COVID-19. 

«Есть медицина больших доз, основанная на антибиотиках. Есть медицина сверхмалых доз, также приносящая большую пользу. И есть медицина гипермалых доз, за которой будущее, так как именно гипермалые концентрации открывают интроны ДНК, которые распознают и уничтожают коронавирус COVID-19», - утверждает Александр Плешков.

Представляется, что будущее метамедициы сверхмалых доз лежит в объединении усилий российских ученых, разработавших квантово-резонансную модель воздействия СМД действующих веществ и физических факторов на живые системы с практиками биохимии СМД. 

Создание современной метамедициы, нацеленной не на интересы транснациональных корпораций, а на излечение людей, еще только начинается. Если квантовая природа многих процессов в живых системах сегодня практически доказана, то природа самоподобия, то есть фрактальности и рекурсивности методик потенцирования сверхмалых доз, остается во многом неразгаданной.

Загадка (или теорема) Парацельса была сформулирована еще в Древнем мире в трактате Гермеса Трисмегиста Tabula Smaragdina («Изумрудная скрижаль»), которую, безусловно, следует трактовать не в буквальном смысле: «Что наверху, то и внизу».

Современные возможности искусственного интеллекта и больших данных дают возможность если не разгадать, то по меньшей мере максимально приблизиться к разгадке этих метатеорем, сопровождающих человечество на протяжении всей известной письменной истории. 

Литература 

1. О квантово - резонансной природе гомеопатии. Я.З. Месенжник, А.А. Карпеев, С.Г. Мифтахутдинов, А.Н. Пироговский, Р. А. Пироговский. https://edas.ru/press-center/news/o-kvantovo-rezonansnom-energoinformatsionnom-deystvii-gomeopaticheskikh-preparatov2/
2. Е. Б. Бурлакова, А. А. Конрадов, Е. Л. Мальцева. Действие сверхмалых доз биологически активных веществ и низкоинтенсивных физических факторов. «Химическая физика». 2003. Т. 22, № 2.

3. Владимир Прохватилов, Коронавирус и кризис оснований современной медицинской науки. О влиянии сверхмалых доз биологически активных веществ на живые системы. https://www.fondsk.ru/news/2020/12/10/koronavirus-i-krizis-osnovanij-sovremennoj-medicinskoj-nauki-52433.html

4. https://edas.ru/press-center/news/energoinformatsionnyy-mekhanizm-lechebnogo-deystviya-gomeopaticheskikh-preparatov/

5. Теорема Гёделя о неполноте. https://ru.wikipedia.org/wiki/Теорема_Гёделя_о_неполноте

6. А.Букалов. Мышление и квантовая физика: теоремы Геделя, Тарского и принцип неопределенности. Журнал «Физика сознания и жизни, космология и астрофизика», № 2, 2001.
7. Секст Эмпирик . Соч. в двух томах. М., Мысль, 1976.
8. Грегори Чейтин. Случайность в арифметике.В мире науки № 9, 1988 г. (Scientific American. Издание на русском языке).

9.  Izet Masic, Milan Miokovic, Belma Muhamedagic. Evidence based medicine - new approaches and challenges (англ.) // Acta informatica medica: AIM: journal of the Society for Medical Informatics of Bosnia & Herzegovina: casopis Drustva za medicinsku informatiku BiH. — 2008. — Vol. 16, iss. 4. — P. 219–225. — ISSN 0353-8109. — doi:10.5455/aim.2008.16.219-225. — PMID 24109156.


Читайте также в рубрике «Статьи»

 

Чтобы оставить комментарий, необходимо авторизоваться


Войдите на сайт


Забыли пароль?

Зарегистрируйтесь, чтобы воспользоваться всеми возможностями сайта