Ì

Войдите на сайт


Забыли пароль?

Зарегистрируйтесь, чтобы воспользоваться всеми возможностями сайта
Войти
журнал
МЕД-инфо
справочник
лекарств и учреждений
консультации
задайте вопрос врачу
мобильные
приложения

ВИДЕО
Рубрики Темы

Актуальные новости

25 марта в 18:40
Путин объявил неделю выходных, чтобы замедлить распространение коронавируса

20 марта в 21:55
В московской больнице № 13 работает Кафедра семейной медицины РУДН

19 марта в 16:28
Пациентка с коронавирусом умерла из-за тромба

19 марта в 15:26
В Москве зафиксировано более 85 случаев коронавирусной инфекции

18 марта в 13:24
Пётр Глыбочко переизбран на должность ректора Сеченовского Университета



Психиатрия и психология Статьи
21 марта 2014, 13:00 X 5533 K 1

Эволюция опиатных наркотиков: лечится ли подобное подобным?

Наркотики опиатного ряда — это, пожалуй, самый древний вид одурманивающих веществ на планете. История человечества неразрывно связана с историей наркотических зависимостей: попытки излечить одну приводили к появлению другой. Рассмотрим, почему так произошло. 

Опиум как высушенный сок незрелых коробочек опиумного мака был известен задолго до нашей эры и широко использовался в средиземноморских странах. В частности вещество описывал в своих трудах Гиппократ как обезболивающее средство. Геродот в исторических очерках описывал традиции скифских племен: «Они садились вокруг дерева, бросали в разводимый костер какие-то плоды и опьянялись дымом от этих плодов, как эллины опьяняются вином». Изображение макового цветка и маковой коробочки есть на древнешумерских табличках. Тремя коробочками мака увенчана голова статуи богини исцеления минойской культуры. Упоминания о сборе макового молока и его использовании в пищу встречаются в древнеегипетских рукописях VII века до н. э. Сок маковых коробочек применяли как обезболивающее, успокаивающее и опьяняющее средство для получения удовольствия, общения с богами и духами, получения пророчеств.

Древность и Средневековье

В первом тысячелетии нашей эры традиция употребления опиума из переднеазиатского региона пришла в Индию и Китай, причем Китай от наркотика пострадал сильнее других стран. Если раньше вещество употребляли в пищу (опиофагия), то в Китай табак завезли голландцы и стали добавлять в него наркотик. Курение табака с опиумом довольно быстро превратилось в курение чистого опиума, и наркомания в этой стране к 18 веку приобрела масштабы пандемии. Попытки запретить употребление опиума породили целую серию опиумных войн, которые с Китаем вели Англия, Франция и Япония — все эти войны Китай проигрывал, что приводило к еще большему распространению наркомании.

Из Китая традиция курения опиума перебралась в страны, победившие в опиумных войнах — в страны Европы. Причем наркотик употреблялся как в чистом виде — в наркотических притонах, так и в виде медицинских средств: Териак, Филониум, Диоскоридиум, лауданум Парацельса, лауданум Сиденхема, лауданум Россо, Парегорик, доверов порошок — все эти и многие другие медикаменты европейских врачей имели в своем составе опиум как основное действующее вещество.

Их использовали при инфекционных болезнях (таких, например, как оспа, холера, сифилис, коклюш, туберкулез, дизентерия), при водянке и при подагре, как средство от кашля, головной боли, при выкидышах, кардиологических заболеваниях, при сердцебиении, гипертонии, при печеночных и почечных коликах. Этими препаратами лечили детей, беременных и пожилых. Пероральная форма, свечи из опиума, мази и микстуры, порошки — наркотические вещества входили в состав всех лекарственных форм. Строго говоря, сложно было бы найти в европейской медицине того времени врача, который не использовал бы в своей практике наркотические медикаменты.

Новое время

При этом долгое время негативные последствия употребления опиума предпочитали просто не замечать. Уже в 1701 году лондонский врач Джон Джонс подробно описал опиумную абстиненцию как «последствия резкого прекращения употребления опиума после длительного его приема». Вслед за ним другие врачи начинают описывать клинику хронического употребления опиума, его воздействие на организм. Но на протяжении почти двух последующих веков любой негативный эффект от употребления опиума списывался на конституцию, индивидуальные особенности человеческого организма. Как сказали бы сейчас — на индивидуальную непереносимость. Тем самым научная общественность Европы стойко старалась не замечать наркотической угрозы, дескать, если у вас проблемы с употреблением опиума, то виноват ваш организм, а не опиум.

В 18 веке употребление опиума в Европе приобретает гигантский масштаб, творческая интеллигенция, писатели, музыканты, цвет общества — завсегдатаи опиумных клубов. Курение опиума и гашиша становится модным развлечением. Китай к этому времени уже подчинен наркотической зависимости. Исламские страны также массово переходят на употребление опиума, учитывая, что употребление алкоголя запрещено религией. К концу 18 века употребление опиума как наркотика и лекарства охватывает практически все части света.

Новым этапом развития опиумной наркомании становится изобретение медицинского шприца и получение возможности вводить лекарства инъекционно. Сначала подкожно, потом и внутримышечно, и внутривенно — сразу же сильно увеличилась биодоступность наркотика.

Переломное столетие

19 век становится переломным в отношении общества к наркомании. Публицист и литератор Том де Квинси, глава «церкви опиума», публикует «Исповедь англичанина-опиомана», в которой называет употребление опиума пороком. Шарль Бодлер публикует цикл «Искусственный рай», в котором подробно описывает воздействие гашиша и опиума на сознание художника. Европейское общество начинает признавать проблему массовой наркомании как общественно значимого заболевания. Встает вопрос о том, как с этим заболеванием бороться.

Как панацея в борьбе с опиумной зависимостью в первой половине 19 века рассматривался выделенный из опиумного сырья химически более чистый опиатный компонент — морфий (морфин). Считалось, что пагубность опиумной наркомании обусловлена не самим опиумом, а «свойствами желудка», через который этот наркотик употребляется. Предполагалось, что подкожные инъекции морфия, не обладая «желудочным действием», избавят опиумных наркоманов от зависимости и последствий хронической интоксикации.

Поэтому уже к середине 19 века опиумная наркомания бледнеет на фоне нового заболевания — «морфинизма». Оказалось, что при частом использовании морфин неизменно порождает наркоманию и вызывает более тяжелую форму интоксикации, отличную от интоксикации опиумом. Позже фармакологи определят, что эффект морфина в составе опиума изменяется благодаря присутствию в опиуме помимо морфина других алкалоидов, а также веществ, смягчающих действие морфина. Балластные вещества в составе опиума замедляют всасывание морфина в кишечнике и этим также обеспечивают его более мягкое действие.

Неожиданный поворот

Морфинизм развивается гораздо быстрее и оказывается более пагубным, чем опиумная зависимость, при этом он массово охватывает практикующих врачей. В медицинской среде того времени считалось, что врач застрахован от появления зависимости от морфия уже тем, что проинформирован об этой опасности. По этой же причине среди медицинских работников морфинизм стал встречаться чаще, чем в среде художников и писателей.

В 1859-1860 гг. Альберт Ниман выделяет из листа коки алкалоид и определяет его структуру. Этот алкалоид сегодня известен как кокаин. В 1878 г. американский врач Бентли выступил с предложением использования кокаина в качестве заменителя для борьбы с морфинизмом.

Надежды на новую панацею — кокаин — снова не оправдались. Химики пытались сделать кокаин безвредным путем модификации. Но все попытки были тщетны: единственным реальным результатом применения кокаина являлось наркотическое опьянение, не заменяющее, но дополняющее собой опьянение от употребления морфия. В результате морфинизм и кокаинизм существовали параллельно: «пудрить носик» в богемной среде, среди творческой интеллигенции, среди интеллектуалов и высшего света стало так же модно, как и колоть морфий.

Надежды на избавление от опиумной зависимости, морфинизма и кокаинизма возложили на новый препарат — синтезированный в 1874 году Алдером Райтом героин. Его стали применять как якобы не вызывающее привыкания лекарственное средство против морфинизма и кокаинизма, так и как «лекарство от всего» (от инфекционных заболеваний до кашля и диареи). Практически героин повторил судьбу опиума.

20-й век

Результаты оказались предсказуемы: в 20-й век мировое сообщество вступило, неся на плечах несколько поколений смешанной наркомании в сопровождении повсеместной свободной продажи героина. В СССР «опиумная настойка» производилась до 1952 года, а в аптеках ФРГ героин можно было купить до 1971 года. Стоит ли удивляться тому, что героин был и остается самым популярным опиатным наркотиком за всю историю наркомании?

Итак, история опиатов приближается к новейшему периоду: героин лидировал и лидирует среди нелегальных уличных наркотиков. И мировое научное сообщество в 20 веке стало искать замену не оправдавшему надежд героину.

Появилось сразу два претендента на эту роль: синтезированный в 1932 году в США дезоморфин и синтезированный в 1937 году в Германии метадон. Оба этих вещества являлись синтетическими опиатами. Но дезоморфин «отсеяли» сразу: он обладал слишком коротким сроком действия (около 2 часов) и чрезвычайно быстро вызывал тяжелую наркотическую зависимость. Поэтому дезоморфин не нашел применения как медикамент, а сразу ушел в копилку наркоманов (он также известен под уличным сленговым названием «крокодил»).

Совсем другая судьба ждала метадон: он обладал пролонгированным действием по сравнению с героином и морфием, оно развивалось мягче за счет постепенного нарастания наркотического эффекта. Также метадон оказался более сильным наркотиком: 1мг метадона по силе действия заменяет 4 мг героина. Мировое сообщество воспряло: появилась надежда на излечение наркомании.

Длительность действия метадона обусловлена тем, что он выводится из организма очень долго — длительность «ломок» может достигать 3-4 недель. Тем не менее в США и многих европейских странах в широкую практику вошли так называемые «метадоновые программы», основная цель которых формулировалась как социализация наркоманов.

Сомнителный успех метадоновых программ 

Суть метадоновых программ проста: сознавшимся наркоманам выдают метадон в небольших дозах, чтобы они принимали его под контролем специалистов. Такая программа должна способствовать снижению преступности и повышению контроля за оборотом наркотиков, а за счет постепенного снижения дозы наркоман сможет постепенно избавиться от зависимости. Радужная картина не правда ли? Но более чем за 30-летнюю историю метадоновых программ не было получено убедительных данных о положительных результатах подобных акций. Когда наркоманов пытались перевести с инъекционных опиатных наркотиков на таблетированый метадон малой концентрации, они начинали экспериментировать, совмещая прием легального метадона с нелегальными наркотиками для получения более сильного опьянения. Кроме того, во время реализации метадоновых программ метадон в гигантских количествах уходит на черный рынок, не снижая преступность, а даже увеличивая ее.

По данным организации ECAD (Европейские города против наркотиков), за 9 лет проведения в Швеции метадоновой программы умерли 33 % ее участников, а 69 % продолжали совершать преступления. В отчетах МККН ООН неоднократно подчеркивалось, что введение метадоновых программ влечет рост метадоновых наркоманий в стране. За время действия метадоновых программ число наркоманов в Литве выросло в 8 раз.

Метадон стал самым популярным опиатом в западных странах, поскольку не требовал сложных схем импорта, как героин: методон в европейских странах фактически производят в домашних условиях. В Великобритании в 2008 году 27% случаев смертей из-за наркотиков среди лиц в возрасте 16-24 лет были связаны в основном с употреблением метадона.

Уже сейчас можно смело говорить о провале заместительных метадоновых программ по всему миру, настолько полном и сокрушительном, что некоторые страны (Швейцария, Германия, Австралия) стали реализовывать выдачу наркоманам героина как сравнительно более безопасного наркотика, чем метадон.

К счастью, в нашей стране метадоновые программы не прижились, поскольку в то время, когда в России, не глядя перенимали любой западный опыт, на реализацию метадоновых программ просто не нашлось бы денег. Метадон достаточно быстро был внесен в «Перечень наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, подлежащих контролю в Российской Федерации и запрещения его оборота», и любой его оборот и производство на территории нашей страны были запрещены.

Уроки истории оказались не выучены. Мировая общественность на протяжении нескольких веков собственноручно и последовательно переводит наркоманов с менее тяжелых наркотиков на более тяжелые, а потом не знает, что делать с новой зависимостью. Так было с морфином и кокаином, так было с героином, так же случилось и с метадоном. Вот и думай после этого, лечится ли подобное подобным.

P.S. В настоящее время в России Федеральный закон № 3 от 08.01.98 «О наркотических средствах и психотропных веществах» категорически запрещает лечение наркомании наркотическими средствами (ст. 31, п. 6).


Читайте также в рубрике «Статьи»

 

Чтобы оставить комментарий, необходимо авторизоваться


Войдите на сайт


Забыли пароль?

Зарегистрируйтесь, чтобы воспользоваться всеми возможностями сайта
. maryberry 27 марта в 14:51  

Какое же человечество, в сущности, глупое!...