Ì

Войдите на сайт


Забыли пароль?

Зарегистрируйтесь, чтобы воспользоваться всеми возможностями сайта
Войти
журнал
МЕД-инфо
справочник
лекарств и учреждений
консультации
задайте вопрос врачу
мобильные
приложения

ВИДЕО
Рубрики Темы

Актуальные новости

11:27
Ростовский онкоинститут проводит бесплатную акцию

10 сентября в 18:51
В Склифе прооперировали пациента со сложной аневризмой

10 сентября в 18:39
В Морозовской больнице открыли парк скульптур

07 августа в 14:37
В московских парках принимают психологи

07 августа в 14:30
ГКБ им. А. Е. Ерамишанцева ДЗМ исполнилось 55 лет



Психиатрия и психология Интервью с экспертом
23 июня 2014, 11:20 X 3965 K 1

Марина Писклакова-Паркер: «Сегодня многие женщины признают, что подвергались домашнему насилию»

Всегда считалось, что самое безопасное место, — это собственный дом и семья. Кто не помнит народную мудрость: «Мой дом — моя крепость»? Но нередко за его стенами скрываются от посторонних глаз не только любовь и согласие, но и страх, слезы, унижение. Как показывает статистика, 90% жертв домашнего насилия — женщины. В России публично о насилии в семье заговорили совсем недавно, долгое время эта тема была своего рода табу. О том, как бороться с домашним насилием, как можно помочь тем, кто столкнулся с этой бедой, наш разговор с директором Национального центра по предотвращению насилия «АННА», председателем Национальной комиссии по проблеме насилия в отношении женщин Мариной Писклаковой-Паркер.

— С чего все начиналось?
 Проблемой насилия в семье я начала заниматься почти случайно. В начале 1990-х я работала научным сотрудником в Институте социально-экономических проблем народонаселения (ИСЭПН) Академии наук, проводила исследования, посвященные различным аспектам жизни женщин. Эта работа предполагала обратную связь, и мы получали много писем, в том числе от женщин, которые подвергались домашнему насилию. Они просили нас о помощи, потому что больше негде было искать защиты. И я решила, что должна таким людям помогать.

Но как? В России на тот период никто этой проблемой не занимался. Постепенно начала искать литературу, знакомиться с зарубежным опытом. А потом была поездка в Швецию. Вернулась в Москву с целой гаммой чувств: восхищением тем, как борются с семейным насилием там, и обидой за наших российских женщин...

Своими переживаниями я поделилась с директором нашего института Натальей Михайловной Римашевской. Она чрезвычайно заинтересовалась этой проблемой и предложила: «Давай попробуем! Это может стать новой темой твоих исследований». Так, с легкой руки моего тогдашнего руководителя я приступила к работе. Мне выделили комнату в институте, на радио «Маяк» прошел анонс о телефоне доверия для женщин, подвергшихся семейному насилию. Уже в первый год ко мне за помощью обратились более 700 женщин. Постепенно сформировался круг единомышленников, и спустя несколько лет, в 1995 году мы зарегистрировали нашу организацию — центр «АННА».

«Уже в первый год ко мне за помощью обратились более 700 женщин»

— Почему вы его так назвали? Это чье-то имя или аббревиатура?
— И то, и другое. Когда мы регистрировали свою организацию, то выбрали аббревиатуру «АННА» — «Ассоциация Нет НАсилию». Но лично для меня это женское имя ассоциируется, прежде всего, с моей бабушкой. Предваряя ваш вопрос, скажу: нет, она не подвергалась насилию... Они прожили с мужем душа в душу 50 лет, во взаимной любви и уважении.

Так случилось, что нам одновременно пришлось пережить общую трагедию. В 1995 г. у меня умер муж, ему было всего лишь 37 лет. В этот же год умер мой дедушка. Мы вдвоем как могли друг друга поддерживали. И я тогда поняла, что моя бабушка Анна — очень сильный человек. Она родила и вырастила пятерых детей, на ее долю выпали большие испытания: война, голод.... И для меня она сама и ее имя стали олицетворением сильной духом русской женщины, которая способна и сама очень многое вынести, и поддержать других...

Постепенно сформировался круг единомышленников, и спустя несколько лет, в 1995 году мы зарегистрировали нашу организацию — центр «АННА».

— Чем сегодня занимается ваша организация?
— Как я уже сказала, наша организация начиналась как первый в России телефон доверия для женщин, пострадавших от насилия в семье. За время его работы на линию доверия за психологической и юридической помощью обратились более 30 тыс. женщин. Через несколько лет на базе этой службы был создан Московский кризисный центр для женщин. Со временем он трансформировался в ресурсную организацию — Национальный центр по предотвращению насилия.

На сегодняшний день мы работаем по нескольким направлениям. Первое — это Кризисный центр для женщин, подвергшихся домашнему насилию.

Консультанты линии доверия центра «АННА» оказывают женщинам, пережившим домашнее насилие, психологическую поддержку, предоставляют необходимую им информационную помощь, а также проводят юридические консультации. Также женщины, позвонившие нам, могут узнать об организациях и службах, оказывающих помощь в их регионах. С марта 2011 года на базе центра «АННА» при поддержке компании AVON начал работу Всероссийский бесплатный телефон доверия для женщин, пострадавших от насилия в семье: 8—800—7000—600. Телефон работает ежедневно, с 9.00 до 21.00, звонки из всех регионов России, со всех телефонов, включая мобильные, бесплатные.

Все наши консультанты прошли специальный тренинг и обладают определенными навыками и качествами, необходимыми для эффективного консультирования женщин в кризисной ситуации.

Второе направление деятельности — Национальный ресурсный центр, который занимается методическим обеспечением и оказывает консультативную помощь региональным организациям. Нами разработаны специальные программы по взаимодействию с представителями разных профессиональных групп: правоохранительными органами, социальными службами, юристами, медицинскими работниками и так далее.

Этот алгоритм действий апробирован во многих регионах страны. К примеру, в Екатеринбурге мы разработали совместную образовательную программу с региональной общественной организацией «Екатерина», Свердловским областным судом и ОВД. Кроме того, Национальным центром по предотвращению насилия «АННА» создана национальная сеть против насилия, которая объединяет более 150 общественных и государственных организаций из России и стран бывшего СССР.

В процессе взаимодействия представители организаций, работающие с проблемой домашнего насилия, получают знания и навыки, которые помогают увеличить эффективность их практической работы, специалисты проходят стажировки, обмениваются опытом, как с российскими, так и с зарубежными коллегами, проводят конференции и круглые столы, вовлекая все большее число профессионалов и общественных активистов в работу по профилактике насилия и оказанию помощи пострадавшим от него женщинам.

Национальным центром по предотвращению насилия «АННА» создана национальная сеть против насилия, которая объединяет более 150 общественных и государственных организаций из России и стран бывшего СССР.

С каждым годом наша сеть разрастается. О проблеме узнают новые организации, и присоединяются к нам. Таким образом, Национальная сеть против насилия является определенным катализатором общественной активности, действующим по принципу «кругов на воде».

— Как вы считаете, изменилось ли за эти 20 лет отношение общества к проблеме насилия в семье?
— Эволюция, конечно, есть. Ведь, когда я только начинала работать по этой проблеме, не было даже такого термина как «домашнее насилие». Тех женщин, которые отважились давать интервью, снимали со спины, на эту тему было стыдно говорить.

— Сейчас уже не стыдно?
— Уже нет, хотя по-прежнему опасно. Сегодня многие известные женщины признали, что подвергались домашнему насилию. Эта тема у всех на слуху.

«Когда я только начинала работать по этой проблеме, не было даже такого термина как „домашнее насилие“»

— Вы ведете какую-то статистику, кто в основном обращается на вашу линию доверия? Какой социальный статус у этих женщин?
— Подавляющее большинство — это работающие женщины. Вообще, нет какого-то портрета принадлежности к той или иной социальной группе. Как, впрочем, не существует и социального портрета обидчика. Попытки объяснить насилие пристрастием к алкоголю, низким образованием, доходом, то есть социальными факторами, терпят фиаско. Опыт работы «телефонов доверия» показывает, что насильниками могут быть и ученые, и бизнесмены, и рабочие, и служащие, и бедные, и богатые. Более того, отмечено, что чем выше образовательный уровень насильника, тем насилие более изощренно.

— А вот об этом я хотела спросить поподробнее. Можно ли как-то распознать в потенциальном муже черты домашнего деспота?
— Как правило, это мужчины, которые подвергались насилию в детстве, или были свидетелями насилия в семье. Это большая психологическая травма, которая накладывает отпечаток на всю дальнейшую жизнь человека. Эти мужчины не уверены в себе, они постоянно доказывают свою значимость и превосходство перед другими. Они находятся в плену стереотипов, в основе которых неуважение к женщине, преувеличение роли мужчины в семье и обществе. Нередко они агрессивны, проявляют жестокость по отношению к животным, обидчивы и злопамятны.

Первый «тревожный звоночек», на который стоит обратить внимание — желание мужчины установить контроль над женщиной: с кем общается, кто звонит по телефону, во сколько возвращается домой и так далее.

«Попытки объяснить насилие пристрастием к алкоголю, низким образованием, доходом, то есть социальными факторами, терпят фиаско»

При этом мужчина может очень ярко ухаживать: осыпать женщину цветами, задаривать подарками, исписать все стены в подъезде признаниями в любви в общем совершать всякие приятные безумства. Но у этого поведения есть и своя «темная» сторона: прежде всего, ревность.

На первых порах взаимоотношений она может восприниматься женщиной как доказательство любви. Многие женщины ошибочно полагают, что мужчины прекратят ревновать и контролировать, если они поженятся. Однако проблема в том, что власти не бывает много, и в браке этот контроль порой приобретает тотальный и очень жесткий характер.

— Вы правы, когда женщина влюблена она на многое закрывает глаза...
— На это и рассчитан эффект. (Улыбается.) Постепенно мужчина — потенциальный насильник начинает строить вокруг такой женщины стену отчуждения. Он будет стараться изолировать ее от знакомых, поссорить с подругами. Для этого даже иногда флиртует с ними, чтобы вызывать у нее ревность. Или вовсе заявить, что она положила на него глаз.

— Но такие случаи не редкость. Сколько мы знаем историй, когда коварная подруга уводит жениха от невесты...
— Это также один из навязываемых нам стереотипов. Если это действительно настоящая подруга, то она не будет коварной. Другое дело — коварная женщина, которая пытается притвориться подругой. И я верю в настоящую женскую дружбу. Просто эти истории про «коварство и любовь» описываются гораздо чаще, чем те, когда женщины реально поддерживают друг друга в тяжелых ситуациях.

«Первый „тревожный звоночек“, на который стоит обратить внимание — желание мужчины установить контроль над женщиной»

— Ссоры между женами и мужьями существовали всегда: милые бранятся — только тешатся...
— Ссоры и конфликты действительно могут присутствовать в семейных отношениях. (Задумывается.) Но разница между конфликтом и насилием в наличии реальной причины в конфликте и отсутствием ее в акте насилия. Мужчина-насильник зачастую объясняет свое жестокое поведение надуманными им причинами. Отличительной чертой насилия является цикличность и интенсивность происходящего, и серьезность его последствий.

За время работы центра на линию доверия за психологической и юридической помощью обратились более 30 тыс. женщин. Через несколько лет на базе этой службы был создан Московский кризисный центр для женщин. Со временем он трансформировался в ресурсную организацию — Национальный центр по предотвращению насилия.

Насилие — это тщательно выстроенная система установления власти и контроля, направленная на подавление личности другого человека. Женщины, подвергающиеся домашнему насилию, живут в постоянном страхе и стрессе. Последствие таких отношений для физического, ментального и эмоционального здоровья женщины катастрофические: они ее полностью разрушают. И потребуется очень много времени, чтобы она смогла восстановиться.

— Но почему тогда они терпят? Не проще ли разорвать отношения и уйти от тирана?
— На самом деле, в реальности, существует много препятствий для женщин на этом пути. До сих пор наше общество считает женщину обязанной сохранить крепкую семью, «семейный очаг». Вспомните фразу одной из героинь фильма «Родня»: «Одинокой женщиной быть неприлично»... Многие из них считают, что лучше свой, пусть плохенький, чем никакой. Есть и другие причины: стыдно рассказать посторонним о случившемся, страшно, что насильник будет свирепствовать еще сильнее и станет бить чаще, ответственность за детей, страх мести...

«Насилие — это тщательно выстроенная система установления власти и контроля, направленная на подавление личности другого человека»

— А мужчину такие отношения также разрушают или, наоборот, он получает удовлетворение от издевательств?
— По-разному. Есть некий процент мужчин, которым очень трудно исправиться. Но я верю не только в женскую дружбу, но и в мужскую тоже. (Улыбается.) Я верю в доброе начало, которое есть в каждом человеке. К нам иногда на линию доверия звонят и мужчины. И многие обидчики, с которыми я вела беседы, признавались, что сами очень страдают от этой ситуации. Они понимают, что своим поведением разрушают связь не только с супругой, но и с детьми. И, конечно, тут одной беседой не обойдешься. Таким людям нужна помощь психолога, а иногда и психотерапевта.

Надо понимать, что универсального решения проблем, связанных с насилием в семье, нет. Каждая такая история — особенная, и в каждом конкретном случае надо отыскать тот «ключик», который позволит найти подход к человеку и принять правильное решение.

Фотография: из личного архива М. Писклаковой


Читайте также в рубрике «Интервью с экспертом»

 

Чтобы оставить комментарий, необходимо авторизоваться


Войдите на сайт


Забыли пароль?

Зарегистрируйтесь, чтобы воспользоваться всеми возможностями сайта
. maryberry 24 июня в 14:22  

Бедные женщины, подвергшиеся насилию!